Новости

Мой Тимур из тех детей, про которых воспитательница в саду говорила «живчик» и тяжело вздыхала. Пазл на сорок деталей он бросал на пятой, раскраску на втором цветочке, а на вопрос, чем они сегодня занимались, неизменно отвечал: «Бегали». Я долго утешала себя тем, что мальчик перерастёт. К первому классу стало понятно, что само ничего не перерастается. Учительница писала в родительский чат, что Тимур отвлекается, крутится и ложится на парту, едва задание покажется ему скучным. Шахматы предложил свёкор. Я отмахнулась сразу. Для меня шахматы были чем-то из папиного детства: тишина, клетчатая доска, дедушки на лавочке в парке. А мой сын и тишина вообще не уживаются в одной комнате. Но свёкор упрямо привозил доску каждые выходные, и однажды я заметила странное. Тимур двадцать минут просидел над фигурами, пытаясь понять, почему конь ходит буквой «Г», а не как все нормальные. Двадцать минут, без мультиков и без планшета. Тут я впервые задумалась, что, возможно, ошибалась. Почему я перестала