Министр спорта Михаил Дегтярев публично осадил Евгения Плющенко после того, как двукратный олимпийский чемпион заявил о деградации российского фигурного катания и отправил 13-летнего сына кататься за Азербайджан. Сравнение с релокантами оказалось не самым мягким пунктом в его ответе — заодно напомнил, что академия самого Плющенко тем временем просит у государства десятки миллионов рублей на патриотические ледовые шоу.
Дегтярев в эфире радио «Комсомольская правда» не стал скрывать раздражения, отмечает xrust. По его словам, право родителя перевезти ребенка в другую сборную никто не оспаривает — это личное дело каждой семьи. А вот публичные оценки состояния целого вида спорта министр не простил Плющенко: зачем вообще делать такие заявления, ему, по собственному признанию, непонятно.
Дальше глава Минспорта провел параллель, которая и разлетелась по заголовкам: подобная риторика, заявил он, сильно напоминает поведение тех, кто уехал из страны после начала спецоперации, а потом рассчитывал, что резкие слова забудутся сами собой. Народ, по мнению Дегтярева, ничего не забывает — ни Минспорт, ни общество в целом. Итог он подвел коротко: сказанное слово назад не вернешь.
Формальным поводом стал переход 13-летнего Александра Плющенко в сборную Азербайджана — его оформили еще в мае, причем на удивление гладко: юниор не успел засветиться на турнирах под эгидой ISU и не выступал за сборную России, так что бюрократических препятствий для смены спортивного гражданства попросту не нашлось.
Сам Евгений Плющенко объяснял решение желанием дать сыну международную практику. Но чуть позже добавил куда более резкую формулировку: катать программы в Кирове, Перми, Екатеринбурге, конечно, прекрасно — но, по его словам, это откровенная деградация для спортсменов такого уровня.
Тайминг здесь примечателен. Заявление прозвучало почти сразу после того, как российских фигуристов допустили до международных стартов — то есть ровно в тот момент, когда конкуренция, от которой якобы уезжал юный Плющенко, начала возвращаться и на его новом поле.
Отдельного комментария заслуживает то, что происходит параллельно с воспитательной риторикой. Академия «Ангелы Плющенко» регулярно подает заявки на гранты Президентского фонда культурных инициатив: то на три ледовых шоу почти на 22,5 миллиона рублей, то на постановку «Спящая красавица» с бюджетом за 168 миллионов, где в обосновании прямо фигурируют слова о воспитании патриота и гордости за Родину, то на «Снежную королеву» уже почти на 25 миллионов — с той же формулировкой про современных героев и Героев России.
Получается любопытная картина: один и тот же человек одновременно объясняет государству, зачем нужны деньги на патриотическое воспитание молодежи через искусство, — и отправляет собственного сына представлять на льду другую страну. Именно эта нестыковка, а вовсе не сам факт трансфера, и вызывает у многих больше всего вопросов.
Плющенко досталось не только от министра. Депутат Госдумы Виталий Милонов высказался значительно жестче, назвав чемпиона приспособленцем и обвинив его в неуважении к стране; судить о состоянии российского спорта по такому примеру, по мнению депутата, просто не стоит.
Заслуженный тренер СССР Татьяна Тарасова вступилась за Плющенко — но не столько за него самого, сколько против самой манеры разговора. У депутата, заметила она, наверняка хватает других задач, связанных с реальными проблемами страны, и удивительно, что в Госдуме находится время на подобные выпады вместо взвешенных и уважительных высказываний.
При этом саму оценку Плющенко о деградации Тарасова не поддержала. Российское фигурное катание, по ее словам, остается конкурентоспособным — но эта конкурентоспособность держится на почти нечеловеческих усилиях спортсменов и тренеров. Отстранение от международных стартов она назвала настоящей бедой, нанесшей удар по целому поколению атлетов, но настаивает: деградацией это не является, спортсмены продолжают заниматься тем, что умеют лучше всего.
Отдельно на ситуацию отреагировала трехкратная олимпийская чемпионка и депутат Госдумы Ирина Роднина — и ее возмутило не столько решение семьи, сколько тон, в котором обсуждают самого Александра. По ее оценке, волна критики в адрес подростка больше похожа на травлю, а участники дискуссии как будто забыли простую вещь: мальчику всего 13 лет, и по российским законам он несовершеннолетний. Роднина прямо спросила, когда общество наконец осознает, что так поступать с ребенком нельзя — независимо от решений, которые принимают за него взрослые.
История с сыном Плющенко — не изолированный эпизод, а часть более широкой тенденции. Буквально следом стало известно о переходе 15-летней воспитанницы той же академии «Ангелы Плющенко» Златы Саприной в сборную Киргизии. На фоне ограниченного доступа к международным стартам смена спортивного гражданства превращается для юниоров в практический, а не идеологический вопрос: раннее международное соревновательное расписание для многих семей значит больше, чем принадлежность к той или иной федерации.
Именно поэтому реакция чиновников выглядит настолько нервной. Публичные рассуждения олимпийского чемпиона о деградации целой дисциплины бьют не столько по спортсменам, сколько по репутации системы — а на фоне грантовых заявок с патриотическими формулировками это расхождение слов и дел бросается в глаза еще сильнее.
Пока в фигурном катании разбираются, кто прав в споре министра и чемпиона, Татьяна Тарасова успела высказаться и о принципах отбора на международные турниры, а фигуристка Александра Трусова на этой неделе получила диплом об окончании МГУ. ISU тем временем присвоил нейтральный статус очередной группе российских юниоров — жизнь в дисциплине продолжается вне зависимости от того, чем закончится спор Дегтярева и Плющенко.
Источники: